ВС предлагает разрешить уплачивать долги по налогам и сборам и в ходе суда

Председатель Совета судей РФ Виктор Момотов сообщил о готовящемся предложении взыскивать во внесудебном порядке с граждан долги по налогам. По его мнению, данная мера позволит снизить нагрузку на мировых судей.

Заявление прозвучало в ходе заседания экспертного клуба имени Д.Н. Замятнина по теме: «Мировая юстиция: состояние, проблемы, перспективы».

ВС предлагает разрешить уплачивать долги по налогам и сборам и в ходе суда

Верховный суд объяснил, когда гражданина можно удалить из зала суда

«Верховным судом РФ подготовлен проект федерального закона о внесудебной процедуре взыскания налоговой задолженности с физического лица, не являющегося индивидуальным предпринимателем, — сообщил Виктор Момотов.

— Данная процедура будет аналогичной предусмотренной в настоящее время в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Она предусматривает право должника в течение месяца со дня получения решения о взыскании задолженности направить в налоговый орган письменные возражения, при поступлении которых взыскание может быть осуществлено только в судебном порядке».

Таким образом, если дело очевидное, налоговой не придется обращаться в суд. Допустим, когда человек не оплатил в срок транспортный налог или налог на квартиру. Постановление налоговой будет обязательно к исполнению. Если счет не будет оплачен, документы уйдут в службу судебных приставов.

Если же у человека будут какие-то возражения, он сможет оспорить в суде приказ налоговой инспекции. Таким образом, упростить процедуру предлагается исключительно для бесспорных случаев. Когда есть машина, есть не оплаченный налог и спорить тут не о чем.

Если же у человека есть сомнения: ту ли ставку применила инспекция, не просит ли за железного коня больше, чем нужно, то дело рассудит суд. По словам Виктора Момотова, за 9 месяцев 2021 года мировыми судьями было рассмотрено 2 миллиона 800 тысяч заявлений о взыскании налогов с граждан.

«Большая часть таких дел не содержит правового спора, в связи с чем возражения должников поступили только в отношении 5 процентов судебных приказов о взыскании налоговой задолженности», — сказал он.

Сегодня налоги в бесспорных случаях взыскиваются в приказном порядке — по заявлению налоговой. Обжалуется лишь 5 процентов таких приказов

В большинстве случаев налоги с граждан взыскиваются в приказном порядке. Это упрощенная процедура, когда судья без разбирательства выписывает судебный приказ. Она применяется в бесспорных случаях.

Процедура обжалования простая — надо в установленный срок направить возражения. Тогда приказ отменяется и разбирательство будет проходить в обычном порядке. Проблема в том, что уведомления не всегда приходят вовремя.

Правовые аспекты налогообложения эксперты «РГ» разъясняют в рубрике «Юрконсультация»

По данным Судебного департамента при Верховном суде России, за шесть месяцев общая сумма взысканий с граждан по долгам о налогах составила более 46 миллиардов рублей.

Председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев обратил внимание на необходимость гарантий своевременного информирования граждан до того, как налоговая инспекция направит документы судебным приставам.

«У человека должна быть возможность обжаловать принятое решение, если он по каким-то причинам с ним не согласен. Причем обжаловать до того, как сумма будет списана судебными приставами с его счетов», — заявил Владимир Груздев.

Член АЮР Асия Мухамедшина считает, что проект, по сути, мало что меняет для граждан, так как и сейчас такие решение выносятся заочно. Член АЮР Мария Спиридонова полагает, что проблемы у людей могут возникнуть, особенно в переходный период.

ВС предлагает разрешить уплачивать долги по налогам и сборам и в ходе суда

ВС РФ подтвердил «коронавирусные» наказания для граждан и организаций

В свою очередь, в Верховном суде России обращают внимание, что в соответствии с рекомендацией Комитета министров Совета Европы «О мерах по недопущению и сокращению чрезмерной рабочей нагрузки на суды» от 16 сентября 1986 г., сбор налогов и таможенных пошлин отнесен к числу задач, от которых судьи должны быть избавлены с учетом особенностей каждой страны.

Так что подготовленный проект соответствует международным нормам. Его цель — избавить судей от излишней формальной работы. Сегодня нагрузка на мировых судей, которые и рассматривают обращения налоговой, составляет 380 дел в месяц.

«В настоящее время отсутствует правовой акт, устанавливающий нормы нагрузки на мировых судей, хотя активная правотворческая работа, направленная на распределение нагрузки, ведется еще с 2006 года, — рассказал председатель Совета судей России Виктор Момотов. — Совет судей РФ ведет работу по разработке норм нагрузки судей, это сложная, но крайне важная для судебной системы задача. Ее решение позволит в том числе должным образом организовать работу и мировой юстиции».

Однако, по его словам, увеличение количества мировых судей не является решением проблемы возрастающей ежегодно нагрузки. Требуется комплексный подход с точки зрения как организации работы, применения новых технологий, так и совершенствования процессуального законодательства.

Например, в Белгородской области на трех участках мировых судей тестируется программа в части вынесения судебных приказов при взыскании с граждан имущественного, транспортного и земельного налогов.

Предприниматели смогут погасить налоговые долги прямо в зале суда

ВС предлагает разрешить уплачивать долги по налогам и сборам и в ходе суда

Бизнес получит возможность не платить налоговые недоимки, пока суд рассматривает дело / Семен Лиходеев / ТАСС

Госдума приняла в третьем чтении законопроект «О внесении изменения в статью 28.

1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», который дает предпринимателям право гасить долги по налогам уже в ходе судебного разбирательства – вплоть до момента удаления суда в совещательную комнату.

Это даст возможность бизнесу сначала оценить все предъявленные в суде обвинения и только потом, взвесив все доводы и риски, принимать решение о погашении задолженности.

Сейчас, если предприниматель хочет избежать уголовного наказания при рассмотрении дела об уклонении от уплаты налогов и страховых взносов, он должен заплатить налоги до назначения судебного заседания.

«Подобное ограничение неоправданно сужает границы применения норм уголовного закона, устанавливающих основания для освобождения от уголовной ответственности», – отмечается в пояснительной заметке к законопроекту.

Законодатели указывают, что это препятствует применению норм закона, побуждающих предпринимателей добровольно возмещать ущерб, причиненный бюджетной системе РФ в результате налоговых преступлений и преступлений, связанных с уклонением от уплаты страховых взносов.

Фактически бизнесмены до сих пор лишены возможности понять, насколько обоснованны предъявляемые им обвинения в уклонении от уплаты налогов, – принимать решение о погашении задолженности перед бюджетами приходится задолго до вынесения решения судом.

«Как правило, с доказательствами умысла и наличия вины в совершении налоговых преступлений у следственных органов бывают большие проблемы, – отмечает управляющий партнер юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Александр Лемчик.

– Они сосредотачиваются на самом факте наличия налогового преступления, а причастность к нему конкретного лица остается часто без должного внимания.

Текущая редакция статьи лишает обвиняемых возможности принять решение о компенсации причиненного государству ущерба после всестороннего судебного разбирательства, в котором исследованы все доказательства, дана их оценка, а защите обвиняемого предоставлено полноценное право представить свою позицию».

При этом часто причиной судебных разбирательств становится размер недоимки, а это, в свою очередь, напрямую влияет как на необходимость применения уголовного наказания, так и на его силу.

«Одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу о налоговом преступлении, является наличие крупного или особо крупного размера, – говорит заместитель председателя МКА «Клишин и партнеры» Андрей Шугаев.

– Выяснить размер [заранее] затруднительно из-за того, что в законе установлен очень сложный порядок расчета материального ущерба». Это не способствует объективному и всестороннему исследованию доказательств в суде по налоговым преступлениям, добавляет он.

Необходимость внесения в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК) поправки, предусматривающей возможность погасить налоговые долги уже после того, как предпринимателю станут известны аргументы налоговой службы, обсуждается в экспертном сообществе много лет.

И бизнес-омбудсмен, и ведущие деловые объединения обращали внимание на эту проблему на заседаниях группы по подготовке проекта постановления пленума Верховного суда о налоговых преступлениях, рассказал «Ведомостям» руководитель экспертно-правовой службы аппарата уполномоченного по защите прав предпринимателей Алексей Рябов.

«Рады, что наша позиция совпала с мнением коллег из Верховного суда. Однако решить проблему кардинально на уровне пленума было невозможно – такие вопросы решаются не через толкование закона, а только через его изменение.

Именно поэтому Верховный суд предложил этот законопроект, который мы, безусловно, поддерживаем», – говорит Рябов.

Одобренная депутатами поправка в УПК существенно снизит риски предпринимателей. «Введение в действие этой новеллы в УПК, безусловно, даст предпринимателю возможность во многих случаях избежать уголовной ответственности», – уверен Шугаев.

Ведущий аудитор АКГ «Градиент альфа» Инга Плюснина добавляет, что «поправка снизит риск давления следственных органов на предпринимателя, тогда как сейчас они имеют возможность настаивать на покрытии ущерба до начала судебного процесса».

«Расследуя налоговое преступление, следователь вынужден будет считаться с тем, что дело, которое он направит в суд, может быть прекращено уже на стадии судебных слушаний, – соглашается Шугаев. – Это охладит пыл особо ретивых работников правоохранительных органов.

Теперь они должны хорошенько подумать, прежде чем привлекать человека к уголовной ответственности за налоговые правонарушения, носящие зачастую гражданско-правовой характер».

Впрочем, однозначно трактовать принятие поправки не стоит, предупреждают юристы: с одной стороны, это, конечно, послабление для бизнеса, а с другой – инструмент для ФНС вернуть больше денег в бюджет.

«Поправка скорее направлена на то, чтобы дополнительно повысить налоговые поступления, – считает управляющий партнер «ВМ – право и консалтинг» Владимир Чувашов.

– Предпринимателям предлагается на стадии рассмотрения дела в суде еще раз хорошенько подумать и до удаления судей в совещательную комнату все-таки заплатить вменяемую недоимку, т. е. возместить ущерб».

Другое дело, что новелла дает бизнесменам больше времени на поиск денег для уплаты налогового долга, отмечает Чувашов: «Даже отсрочка в несколько месяцев может позволить предпринимателю найти деньги, если у него их недостаточно». Часто тактика адвокатов по налоговым преступлениям направлена как раз на то, чтобы максимально затянуть расследование и добиться прекращения дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования, говорит юрист.

Верховный суд защитил руководителя компании от ее налоговых долгов — новости Право.ру

Один из способов взыскать долги по налогам организации – это предъявить гражданский иск в рамках уголовного дела, где руководителя судят за уклонение от уплаты налогов (ст. 199 УК). Если его осуждают, то суды практически всегда удовлетворяют гражданский иск, рассказывает советник АБ Федеральный рейтинг.

Читайте также:  Лимиты удержаний долга за отпуск авансом при увольнении

группа Уголовное право 16место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 41место По выручке Профайл компании
Геннадий Есаков. Руководителя заставляют расплачиваться по долгам своей компании. При этом он не сможет избавиться от них в процедуре личного банкротства (абз. 4 п. 4 ст. 213.28 закона о несостоятельности).

Поэтому, по словам Есакова, для следственных и налоговых органов это «удобный инструмент давления и обеспечения хоть какого-то взыскания».

В этом сюжете

Но прежде чем взыскивать налоги c человека, надо убедиться, что ничего нельзя получить с должника-организации. Об этом напомнил Верховный суд в одном из недавних дел. Там прокурор взыскивал 6,9 млн руб. долга по НДС ООО «ТК «Ростов-Авто» с его конкурсного управляющего Анатолия Долженко.

Такую сумму налогов компания не уплатила за 2012–2014 годы, когда ее возглавлял Долженко. В 2018-м в отношении управляющего возбудили уголовное дело, которое прекратили за истечением сроков давности. Сам Долженко не возражал против прекращения производства по нереабилитирующему основанию.

Но затем две инстанции удовлетворили иск прокуратуры и постановили взыскать с управляющего налоговые долги. Они признали, что Долженко отвечает за причинение ущерба бюджету и должен его компенсировать согласно ст. 1064 ГК («Общие основания ответственности за причинение вреда»).

Как отдельно отметил Ростовский облсуд, прокурор заявил требования о взыскании ущерба, а не налоговых платежей, значит, надлежащим ответчиком является не юридическое лицо, а физическое. Ведь преступление совершил именно он.

Размер убытков определили на основании акта выездной налоговой проверки и судебной экспертизы.

При этом две инстанции проигнорировали доводы Долженко, что ООО «ТК «Ростов-Авто» пока не ликвидировано, оно находится в конкурсном производстве и еще сохраняет возможность уплатить налоги самостоятельно. Например, в безакцептном порядке взыскивалось 397 000 руб.

по требованию межрайонной инспекции ФНС. Это подтверждалось определением АС Ростовской области от 2019 года. Кроме того, Долженко указывал на инвентаризационную опись, согласно которой у компании «Ростов-Авто» есть бездокументарные ценные бумаги стоимостью 45,9 млн руб.

 

Взыскание с руководителя как исключение из правил

Верховный суд, в отличие от нижестоящих инстанций, прислушался к этим аргументам. Он напомнил, что именно налогоплательщик отвечает за уплату налогов и сборов в бюджет. Привлечение к ответственности иных лиц допускается только в случаях, предусмотренных законом, и не может быть общим правилом. Здесь ВС процитировал позицию Конституционного суда от 8 декабря 2017 г. № 39-П.

Репортаж За себя и за компанию: КС разбирался в налоговой ответственности сотрудников

В этом свете нижестоящие инстанции допустили ошибку, когда не оценили доводы Долженко о платежеспособности компании «Ростов-Авто», говорится в определении Верховного суда (№ 41-КГ 19-46).

Чтобы разрешить спор правильно, надо было сначала установить, может ли само юридическое лицо погасить долги, а также достоверно определить размер ущерба с учетом возражений ответчика.

С такими указаниями гражданская коллегия ВС отправила спор на пересмотр.

Позиция, которой придерживались нижестоящие суды, довольно распространена на уровне первой инстанции, в том числе в Москве, отмечает партнер АБ Федеральный рейтинг.

группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Уголовное право 14место По выручке 19-20место По количеству юристов 8место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании
Сергей Литвиненко.

Хотя УПК позволяет привлечь в качестве ответчика юридическое лицо-налогоплательщика, но на практике это редкость, а требования обычно заявляют обвиняемому руководителю компании, говорит партнер АБ Федеральный рейтинг. группа Уголовное право 16место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 41место По выручке Профайл компании
Сергей Малюкин.

На другой аспект дела обращает внимание Кристина Гречко из КА Региональный рейтинг.

группа Банкротство (включая споры) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции 1место По выручке 1место По количеству юристов
: человека нельзя считать виновным, если дело в отношении него прекратили по нереабилитирующим основаниям. Здесь она ссылается на Постановление КС от 28 октября 1996 года № 18-П.

На то, что налоги надо взыскивать в первую очередь с должника-организации, указывал и Пленум Верховного суда в п. 28 Постановления № 48 от 26 ноября 2019 года. Это созвучно с решением по делу Долженко, хотя постановление Пленума ВС не цитируется в определении ВС.

Вооружившись этой позицией, можно добиваться отказа в гражданском иске или как минимум его передачи на рассмотрение в гражданском судопроизводстве, где этот вопрос будет изучаться уже подробнее, говорит Есаков из АБ «ЗКС».

«Разумеется, если есть доказательства платежеспособности организации», – уточняет он. 

То есть «автоматического» удовлетворения гражданского иска по ст. 1064 ГК при осуждении лица по ст. 199 УК быть не может, осуждение – это лишь одно из условий, резюмирует Есаков.

Знаковые решения ВС РФ по налоговым спорам 2021 года

В ходе ВНП налоговикам дали доступ непосредственно к бухгалтерскому учету компании в системе 1С. Налоговая такую откровенность не оценила и оштрафовала компанию почти на 5 млн руб. за непредставление 24 304 документов — по 200 руб. за каждую бумагу. Суды заступились за проверяемых.

За последние полгода суды и ФНС сформировали ряд новых правовых позиций. Разъяснили, как применять статью 54.

1 Налогового кодекса о необоснованной налоговой выгоде: ФНС, а следом Верховный суд, закрепили параметры «налоговой реконструкции» и рассказали, как нужно оценивать добросовестность налогоплательщика.

Но вот определенности по вопросу признания имущества движимым или недвижимым достичь не удалось.

Кроме того, в 2021-м случился первый в истории России разрыв соглашения об избежании двойного налогообложения с иностранным государством — и это, предупреждают эксперты, только «первая ласточка».

Необоснованная, налоговая…

Одним из самых заметных событий прошлого полугодия стало письмо ФНС от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса». Налоговые органы применяют эту статью для доначислений по сделкам, которые, по их мнению, привели к получению необоснованной налоговой выгоды, например, вычетов НДС и других преференций.

В своем письме ФНС разъяснила параметры, по которым должно оцениваться поведение налогоплательщика. Так, если налогоплательщик по сделке с «технической компанией» не совершал умышленного правонарушения, следует проверить, проявил ли он «должную осмотрительность». Раньше налоговики не брали во внимание этот критерий, но теперь сами подчеркнули его важность.

Письмо дает налоговикам последовательный алгоритм выявления возможных злоупотреблений: от оценки реальности операции и исполнения обязательств по ней надлежащим лицом до установления подлинного экономического смысла операции и наличия деловой неналоговой цели ее совершения.

Налоговая реконструкция

Еще одно разъяснение касается вопроса налоговой реконструкции. Это когда налогоплательщик, который использовал схемы по уходу от налогов, доплачивает в бюджет столько, сколько заплатило бы добросовестное лицо в такой же ситуации.

С момента появления ст. 54.1 НК в 2017 году налоговая служба высказывалась против «налоговой реконструкции». Она выставляла «карательные» доначисления, зачастую превышающие объем обязательств добросовестного лица в такой же ситуации. Верховный суд был с этим не согласен и не раз указывал на недопустимость поверхностного подхода при рассмотрении таких дел.

Поэтому ФНС пришлось скорректировать свою позицию. Теперь налоговики применяют расчетный метод и выясняют, сколько налогов компания недоплатила в бюджет, и доначисляют налог не более этой суммы.

И если налогоплательщик не проявил осмотрительность, но все же понес реальные затраты по сделке, а расходы и вычеты могут быть рассчитаны по документам реального исполнителя по сделке — тогда налоговая реконструкция возможна.

В то же время ведомство, как обычно, выставило условия применения реконструкции — оно поставило ее в зависимость от добросовестного поведения должника.

Подход налоговой службы по налоговой реконструкции в скором времени поддержал Верховный суд. Уже через два месяца экономколлегия обратилась к практике применения ст. 54.1 НК и дал новые разъяснения по этому вопросу.

В майском определении по делу ООО «Фирма «Мэри» (№ А76-46624/2019) ВС поддержал государство.

Судьи экономколлегии пришли к выводу, что компания сама организовала схему по уходу от налогов и не помогла разобраться в реальности проведенных сделок ни в ходе проверки, ни в ходе дальнейшего судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах права на «налоговую реконструкцию» у организации нет, указал ВС. Судьи признали правильным доначисление более 92 млн руб. налогов «Фирме «Мэри».

Расчетный способ уплаты налогов должен быть доступен тем налогоплательщикам, которые участвовали в схеме, но не подтвердили операции документально, указал ВС.

Такое чаще всего случается, если компания не участвовала в схеме по уходу от налогов и не получала выгоду сама, но неправильно выбрала контрагента и не проявила должной осмотрительности.

Право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль доступно и тем компаниям, которые помогали сократить потери казны и раскрыли сведения и документы, позволяющие установить фактического исполнителя по договору, обложить его налогом и таким образом вывести операции из «теневого» оборота.

Налицо небезупречная, но относительно стройная система критериев оценки налоговой выгоды, которая, пожалуй, впервые унифицирована между ФНС и Верховным судом. Нижестоящие налоговые органы и суды уже начали применять соответствующие подходы в своей работе.

Еще больше судебных споров по налогам мы рассмотрим на бесплатном вебинаре 26 августа. Записывайтесь.

Налоговая оговорка

В споре АО «Фармамед» и АО «Нижфарм» (№ А40-198919/2019) экономколлегия ВС разрешила взыскать с продавца 1,8 млрд руб. долга, который образовался в результате доначисления налога.

«Фармамед» продал исключительное право на товарные знаки «Нижфарму» через цепочку иностранных компаний за € 131 млн.

Налоговики выяснили, что включение иностранных компаний в сделку было нацелено на уклонение от уплаты налога на прибыль — и произвели доначисление. При этом договор между сторонами предусматривал, что все налоги оплачивает покупатель.

Но это не помогло «Фармамеду» оспорить доначисление, поэтому он решил отсудить эквивалентную сумму со своего контрагента. 

Две инстанции согласились взыскать с продавца долг, который образовался из-за уплаты налога. Но Суд по интеллектуальным правам с этим не согласился. Кассация объяснила это притворным характером сделок. Суд также отметил, что продавец участвовал в создании схемы уклонения от налога, поэтому доначисление не должно рассматриваться как существенное обстоятельство, влияющее на цену.

Судьи ВС пришли к выводу, что недействительным являлся только субъектный состав сделки — ведь участниками купли-продажи были российские фирмы.

Условие же о цене и порядке ее формирования должно сохранять свое действие и между реальными контрагентами.

Суд подтвердил, что налоговые оговорки могут сохранять силу и в тех случаях, когда их действие связано с последствиями уклонения от уплаты налога.

Расходы на ремонт

Еще одно знаковое решение Верховный суд вынес в феврале по делу «Промышленной группы «Метран» (№ А76-8895/2019).

Эта организация арендовала нежилые помещения и вложилась в их восстановление: отремонтировала шахту лифта, обновила вентиляцию, водопровод, освещение, отопление, поменяла окна и отделку. Арендодатель был согласен на изменения, но никак их не компенсировал.

Налоговики оценили это как «подарок» арендодателю и запретили списывать расходы на ремонт. Речь шла о 18,7 млн НДС и налога на прибыль.

ВС согласился с налоговиками, что, по общему правилу, расходы в виде остаточной стоимости неотделимых улучшений не подлежат единовременному списанию на момент возврата, а ранее принятый к вычету арендатором НДС подлежит восстановлению. С другой стороны, судьи указали исключения из этого правила, когда остаточная стоимость может быть учтена в составе расходов, а НДС не подлежит уплате.

Включение «недоамортизированной» части имущества в расходы по налогу на прибыль возможно, если арендатор докажет, что:

  • улучшения и траты на них были необходимы для деятельности налогоплательщика;
  • у налогоплательщика были намерения и возможности окупить затраты за счет использования арендованного имущества в течение срока аренды;
  • у налогоплательщика была разумная и экономически обоснованная необходимость прекратить аренду до того, как истек срок полезного использования улучшений, в том числе из-за объективной смены условий деятельности.
Читайте также:  Разъяснение специалистов Роструда на январь 2022 года

ВС занял по этому делу достаточно консервативную и жесткую позицию, основанную на презумпции недобросовестности налогоплательщиков. В то же время, определение ВС дает четкий и понятный алгоритм опровержения недобросовестности.

Тем самым ВС повысил определенность в вопросе порядка налогообложения этих операций, которой не хватало в условиях разнородной арбитражной практики.

Но проблему в полной мере это не решает, ведь критерии, которые предлагает оценивать ВС — во многом субъективные.

Движимое и недвижимое

А в деле ООО «Юг-Новый век» (№ А32-56709/2019) экономколлегия обратилась к проблеме переквалификации движимого имущества в недвижимость, что влияет на налоговую базу. Налогоплательщик в 2014 году приобрел по договору подряда распределительно-трансформаторную подстанцию для снабжения электричеством сочинской гостиницы Hyatt Regency. Ее разместили в здании энергоцентра.

Компания решила, что это движимый объект, и не платила с него налог на имущество. Ведь подстанция не зарегистрирована в ЕГРН, не состоит на техническом и кадастровом учете, разрешения на строительство и на ввод в эксплуатацию объекта капитального строительства не оформлялись, а монтаж энергоустановки в здании энергоцентра не свидетельствует о наличии прочной связи с землей.

Налоговая спорила: энергоустановка неразрывно связана с системой жизнеобеспечения здания гостиницы и «является составной частью объекта недвижимости». Поэтому чиновники доначислили почти 160 млн руб. налогов.

Суды разошлись во мнениях. Две инстанции поддержали налогоплательщика, а окружной суд разделил точку зрения ведомства. Точку в споре поставил Верховный суд.

Он призвал использовать при определении вещи как движимой или недвижимой правила бухгалтерского учета, а конкретно — Общероссийский классификатор основных фондов (он, например, относит к сооружениям коммунальные сооружения для электроснабжения и связи).

ВС указал, что энергоустановку нельзя отнести к коммуникациям здания энергоцентра и здания гостиницы по классификатору, ведь налогоплательщик покупал ее отдельно.

Юристы обращают внимание и на другой важный вывод суда о неприменимости гражданско-правовых институтов сложных и неделимых вещей в налоговых спорах.

Судьи подчеркнули, что «прочная связь» — это не тот критерий, который можно использовать при определении налоговой ответственности.

Также ВС подчеркнул, что режим движимого имущества также распространяется на некапитальные сооружения без фундамента и сопутствующих подземных сооружений.

Но при этом неясно, по какому критерию должны разграничиваться капитальные и некапитальные сооружения, которые согласно Общероссийскому классификатору основных фондов (ОКОФ) могут относиться к одной группе сооружений. Градостроительный кодекс в этой части использует тот же критерий прочности связи с землей, который Верховный суд призвал не использовать.

24 мая 2021 года, спустя несколько дней после публикации решения по делу «Юг-Новый век», ФНС опубликовала письмо о правилах разграничения движимого и недвижимого имущества.

ФНС также предлагает ориентироваться на критерии квалификации имущества в качестве основных средств, установленные в бухгалтерском учете (ОКОФ).

Например, согласно ОКОФ, оборудование не относится к зданиям и сооружениям, за исключением случаев, когда отдельные виды оборудования признаются неотъемлемой частью зданий.

Другие интересные споры

По 200 руб. за 24 000 документов: не многовато?

В ООО «ХимПром» проводили выездную налоговую проверку. Налоговикам дали доступ непосредственно к бухгалтерскому учету компании в системе 1С. Налоговый орган такую откровенность не оценил и оштрафовал компанию почти на 5 млн руб. за непредставление 24 304 документов — по 200 руб. за каждую бумагу.

Но суды апелляционной и кассационной инстанций встали на сторону компании и объяснили, в чем чиновники были не правы. Выездная налоговая проверка производилась по месту нахождения общества, которое предоставило инспекции доступ к первичной документации в полном объеме.

Поэтому невозможно обвинить налогоплательщика в том, что он не дал какие-либо документы. Кроме того, налоговая не объяснила, какие конкретно документы ей нужны — поэтому она не может оштрафовать налогоплательщика.

Эту позицию подтвердила и судья ВС, которая отказалась передать жалобу налоговиков на рассмотрение экономколлегии (№ А32-48817/2018).

«Резиновая» ВНП

Налоговая начала проверку общества «КомСтрин» в декабре 2015 года, закончила через год. А решение по итогам проверки вынесла еще через три года.

АСГМ в своем решении указал: с момента начала налоговой проверки до вынесения решения прошло около четырех лет, и все это время проводились мероприятия. Это означало длительную «неопределенность в правовом положении налогоплательщика.

https://www.youtube.com/watch?v=Bj57kwx8yKw\u0026t=22s

Суд посчитал действия налоговой существенными нарушениями процедуры выездной налоговой проверки и удовлетворил требования налогоплательщика, признав незаконным доначисление налогов «КомСтрину» (№ А40-162676/2020). 16 июля 9-й ААС оставил жалобу без удовлетворения.

Вс рф определил срок взыскания налоговой задолженности

30 июня 2021 года Верховный суд РФ рассмотрел дело о судебных сроках взыскания налоговой задолженности, которая образовалась у компании в результате контрольных мероприятий. Материалы дела и выводы судей по просьбе журнала «Расчет» изучила Елена Констандина, старший налоговый юрист юридической фирмы «Гин и партнеры».

Расчетливая подписка! Сейчас подписку на журнал «Расчёт» можно получить бесплатно вместе с бератором «Практическая энциклопедия бухгалтера». Предложение ограничено, торопитесь! Подключить бератор с «Расчётом»

Фабула дела состояла в том, что компания в январе 2018 года предоставила ревизорам налоговую декларацию по НДС за IV квартал 2017 года.

В мае 2018 ревизоры составили акт, а затем, в ноябре 2018 года, с учетом возражений налогоплательщика контролеры выдали предприятию решение о привлечении к ответственности.

Нужно ли уточнять, что в документах компании был доначислен налог на добавленную стоимость, пени, кроме этого инспекторы оштрафовали организацию.

Компания не согласилась с подобным решением ревизоров, потому попыталась обжаловать результаты проверки. Но тщетно: в феврале 2019 года решением Управления ФНС апелляционная жалоба налогоплательщика была оставлена без удовлетворения.

Сразу после этого инспекция выставила требование об уплате задолженности. Компания не торопилась его исполнять в добровольном порядке, в результате чего ревизоры вынесли ряд других решений о взыскании фискальной задолженности за счет денежных средств и имущества компании, а также приостановили операции по счетам.

Но спустя время решением Управления меры принудительного исполнения обязанности предприятия по оплате недоимки были отменены. Соответственно, инспекция обратилась в суд с требованием о взыскании налоговой задолженности.

Спор о сроках

По мнению налогоплательщика, срок на взыскание фискальной задолженности в судебном порядке был равен шести месяцам, но этот период был неверно исчислен инспекторами, и на момент подачи ревизорами заявления в суд срок взыскания уже истек. Поэтому, по мнению организации, само по себе судебное разбирательство уже не имело никакого значения, ведь период, когда можно взыскать принудительно деньги, прошел.

У ревизоров было совсем другое мнение. Инспекторы настаивали на том, что срок для взыскания налоговой недоимки в судебном порядке на момент подачи заявления еще не истек, при этом не имеет значения, завершился ли этот период во время самого судебного рассмотрения спора или нет, важен сам факт, когда было инициировано разбирательство в суде.

В зале суда

Дело начали рассматривать арбитры: суд первой инстанции поддержал налоговый орган, а вот апелляция встала на сторону компании. Служители Фемиды указали, что сроки на взыскание задолженности действительно истекли. Кассация оставила в силе решение первой инстанции. Так дело дошло до арбитров Верховного суда. 

ВС РФ в определении напрямую не коснулся вопроса исчисления сроков во внесудебном порядке. Так как спор касался судебных сроков обжалования. Однако, рассмотрев дело, пришел к нескольким важным выводам, которые могут быть полезны бизнесу. 

Итак, с учетом пункта 31 Постановления Пленума ВАС РФ нижестоящие суды неправомерно не учли нарушений сроков проведения налоговой проверки, поскольку они имеют юридическое значение для дела: «Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации находит, что суд первой инстанции и суд округа неправомерно не рассмотрели доводы налогоплательщика о нарушении инспекцией № 9 сроков проведения налоговой проверки, поскольку эти доводы в силу прямого указания, содержащегося в пункте 31 Постановления Пленума № 57, имели юридическое значение для настоящего дела», – отметили арбитры.

https://www.youtube.com/watch?v=Bj57kwx8yKw\u0026t=34s

Как указал Верховный суд РФ, «Регламентация сроков взыскания налогов, равно как и сроков проведения налоговых проверок, имеет общие итоговые цели, поскольку направлена на достижение равновесия участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах,на обеспечение правовой определенности».

«Поэтому длительный срок проведения налоговой проверки может быть признан недопустимым в той мере, в какой приводит к избыточному или неограниченному по продолжительности применению мер налогового контроля в отношении налогоплательщиков», – указали судьи. Кроме этого, ВС РФ уточнил, что процессуальные сроки выступают гарантией соблюдения принципа правовой определенности.

  • Верховный суд РФ указал сторонам спора на то, что предельный срок судебного взыскания задолженности, применяемый при утрате налоговым органом возможности внесудебного взыскания ограничен двумя годами. 
  • Верховный суд отметил, что срок исчисляется с момента истечения периода добровольного исполнения обязанности по уплате, указанного в требовании налога, этот период поглощает иные предусмотренные статьями 46 – 47 НК РФ сроки совершения промежуточных действий, направленных на взыскание задолженности налоговым органом. 
  • «В соответствии с волей законодателя по истечении названного предельного срока налоговый орган, утративший возможность принятия собственных решений (постановлений) о взыскании задолженности, также утрачивает и право на обращение с соответствующим требованием в суд», – уточнили арбитры.

В рассматриваемом деле нарушение продолжительности проведения налоговой проверки составило четыре месяца. Такие действия со стороны инспекторов не привели к нарушению двухлетнего срока, отметили арбитры.

С учетом позиции, изложенной Верховным судом РФ в определении, можно говорить о формировании определенности, а именно: ограничение общего срока на взыскание налоговой задолженности в судебном порядке двумя годами при утрате налоговым органом возможности внесудебного взыскания. 

Утрата права на внесудебное взыскание, в свою очередь, происходит в случае затягивания инспекторами налоговой проверки, поскольку сроки на принудительное взыскание учитываются в той продолжительности, которая установлена Налоговым кодексом, об этом, в частности, говорится в пункте 31 Постановления Пленума ВАС РФ № 57. Иными словами, если налоговый орган затянул сроки проведения контрольного мероприятия, то он может утратить возможность взыскать налоги в досудебном порядке. 

В таком случае единственной возможностью для ревизоров на получение недоимки будет взыскание налогов в судебном порядке в случае, если не пропущен общий двухлетний срок на судебное взыскание.

Так в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ от 5 июля 2021 года № 307-ЭС21-2135 по делу № А21-10479/2019 арбитры сформировали понимание, что взыскание налоговой задолженности все-таки не бесконечно.   

Вс высказался о сроке судебного взыскания налоговой задолженности

  • Общество применяло УСН.
  • 28 декабря 2017 года налогоплательщик подал в инспекцию сообщение об отказе от применения УСН.
  • 24 января 2018 года Общество подало налоговую декларацию по НДС за 4 квартал 2017 года, заявив вычеты.
  • 11 мая 2018 года был составлен акт проверки.
Читайте также:  Льготный кредит под 7% годовых для граждан на НПД и субъектов МСП

12 ноября 2018 года было принято решение по результатам камеральной налоговой проверки.

Решением налогоплательщик был привлечен к ответственности, наложен штраф, выявлена недоимка, начислены пени.

  1. 19 февраля 2019 года апелляционная жалоба Общества на решение о привлечение к ответственности была отклонена вышестоящим налоговым органом, решение о привлечении к ответственности вступило в силу.
  2. 26 февраля 2019 года налоговый орган выставил требование об уплате задолженности.
  3. 19 марта 2019 года налоговый орган направил Обществу требование об уплате налога.
  4. 23 марта 2019 года налоговый орган принял решение о взыскании налогов, пеней и штрафов за счет денежных средств на счетах налогоплательщика.
  5. 24 марта 2019 года, 09 июня 2019 года и 12 июля 2019 года налоговый орган принял решения о приостановлении операций по счетам Общества.
  6. 04 апреля 2019 года Общество подало в суд заявление о признании недействительным решения инспекции и проиграло дело в двух инстанциях (дело № А21-4552/2019).
  7. 10 апреля 2019 года налоговый орган принял решение о взыскании налога, сбора, пеней, штрафа, процентов за счет имущества налогоплательщика.

26 июня 2019 года Общество обратилось в суд с заявлением о признании недействительным требования от 26 февраля 2019 об уплате налога, пени, штрафа и проиграло в трех инстанциях (дело № А21-8475/2019).

Требование об уплате налога может быть признано недействительным, если оно не соответствует фактической обязанности налогоплательщика по уплате налога, пеней, штрафа, процентов; налоговая инспекция допустила существенные нарушения требований к его содержанию; требование направлено повторно. Вышеназванных оснований суд не установил.

Суд пришел к выводу, что поскольку на момент выставления оспариваемого требования налоговым органом не утрачена возможность применения мер принудительного взыскания, основания для признания недействительным требования отсутствуют.

Оспариваемое требование соответствует установленной решением Инспекции от 12 ноября 2018 фактической обязанности Общества по уплате НДС, поскольку в рамках дела № А21-4552/2019 отказано в удовлетворении заявления общества о признании недействительным решения инспекции.

19 июля 2019 года вышестоящий налоговый орган отменил меры принудительного исполнения обязанности по уплате налога, пеней, штрафов, в частности, отменено решение от 23 марта 2019 года о взыскании налога, пени, штрафа за счет денежных средств на счетах налогоплательщика в банках, а также электронных денежных средств. Управление признало, что требование о взыскании недоимки подлежало выставлению в срок не позднее 25 октября 2018 года, а решение о взыскании недоимки за счет денежных средств могло быть принято налоговым органом не позднее 15 января 2019 года.

02 августа 2019 года инспекция обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании с Общества задолженности (дело № А21-10479/2019). Первая инстанция иск удовлетворила. Апелляционная инстанция решение отменила, в иске отказала.

Кассационная инстанция (суд округа) отменила постановление апелляционной инстанции, оставила в силе решение первой инстанции. Общество подало кассационную жалобу в ВС, которая была передана на рассмотрение экономической коллегии ВС.

Общество считает, что налоговый орган пропустил шестимесячный срок судебного взыскания задолженности, применяемый при утрате налоговым органом возможности внесудебного взыскания. Срок пропущен вследствие длительности проведения камеральной налоговой проверки.

Решение по ее результатам было принято инспекцией 12 ноября 2018 года, в то время как должно было быть принято не позднее 12 июля 2018 года.

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС оставила постановление суда кассационной инстанции без изменения, а жалобу Общества без удовлетворения.

ВС указал, что само по себе нарушение длительности проведения налоговой проверки не может иметь юридического значения для оценки правомерности действий налогового органа на стадии взыскания задолженности по налогам.

Иное приводило бы к смешению сроков, относящихся к различным административным процедурам — сроков производства по делу о нарушении законодательства о налогах и сборах, и сроков исполнения решения, принятого по результатам названного производства.

При этом, в отличие от процедуры взыскания задолженности, нарушение длительности производства по делу о нарушении законодательства о налогах и сборах может быть обусловлено совокупностью причин, имеющих различный характер — как объективный (например, не поступление ответов налоговому органу на направленные им запросы иным лицам, позднее поступления ответов от уполномоченных органов других государств в рамках обмена информацией), так и субъективный (необходимость обеспечения реализации прав налогоплательщика, в том числе на ознакомление с материалами налоговой проверки, на подготовку дополнительных возражений и т.п). В то же время судебная практика признает, что регламентация сроков взыскания налогов, равно как и сроков проведения налоговых проверок, имеет общие итоговые цели, поскольку направлена на достижение равновесия интересов участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах, на обеспечение правовой определенности. Поэтому длительный срок проведения налоговой проверки может быть признан недопустимым в той мере, в какой приводит к избыточному или не ограниченному по продолжительности применению мер налогового контроля в отношении налогоплательщиков. С 02 сентября 2010 года установлен двухлетний предельный срок судебного взыскания задолженности, применяемый при утрате налоговым органом возможности внесудебного взыскания. При проверке соблюдения сроков принудительного внесудебного взыскания оценке подлежит своевременность действий налогового органа на стадии исполнения решения, вынесенного по результатам налоговой проверки (после вступления в силу решения и получения реальной возможности его исполнения), которая начинается с выставления требования об уплате налога. Таким образом, превышение длительности производства по делу о нарушении законодательства о налогах (совершение определенных действий в рамках осуществления мероприятий налогового контроля с нарушением сроков) само по себе не лишает налоговый орган права на принятие мер внесудебного взыскания, предусмотренных ст. 46 — 47 НК, но, во всяком случае, ограничивает возможность взыскания пределами двух лет. Решение о взыскании налога за счет имущества налогоплательщика принимается в течение одного года после истечения срока исполнения требования об уплате налога. Решение о взыскании налога за счет имущества налогоплательщика, принятое после истечения указанных сроков, считается недействительным и исполнению не подлежит. В этом случае налоговый орган может обратиться в суд с заявлением о взыскании с налогоплательщика причитающейся к уплате суммы налога. Заявление может быть подано в суд в течение двух лет со дня истечения соответственно срока исполнения требования об уплате налога. Предельный двухлетний срок исчисляется с момента истечения срока добровольного исполнения обязанности по уплате, указанного в требовании, и поглощает иные сроки совершения промежуточных действий, направленных на взыскание задолженности налоговым органом. В соответствии с волей законодателя по истечении названного предельного срока налоговый орган, утративший возможность принятия собственных решений (постановлений) о взыскании задолженности, также утрачивает и право на обращение с соответствующим требованием в суд. В случае превышения двухлетнего срока, возражения относительно нарушения длительности проведения налоговой проверки могут быть заявлены налогоплательщиком как при рассмотрении предъявленного к нему в судебном порядке требования о взыскании задолженности, так и при оспаривании самим налогоплательщиком выставленного налоговым органом требования об уплате налога, оспаривании решений (постановлений), принятых налоговым органом в рамках внесудебного взыскания задолженности. нарушение длительности проведения налоговой проверки составило четыре месяца и, следовательно, не привело к нарушению предельного двухлетнего срока. Поскольку налоговым органом, несмотря на нарушение длительности налоговой проверки, не утрачена возможность судебного взыскания задолженности, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования.

Получается, что, если налоговый орган нарушал нормативные сроки проведения мероприятий налогового контроля, обращения решения, принятого по их результатам, к исполнению, не по причинам, зависящим от налогоплательщика, не по объективным причинам, то через 2 года, отсчитываемые от даты, когда требование об уплате налога должно было быть направлено на основании вступившего в силу решения лицу, в отношении которого вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, налоговый орган не сможет взыскать с налогоплательщика задолженность. Что касается шестимесячного срока, предусмотренного п. 3 ст. 46 НК, то его суды сочли нужным применить с учетом даты фактического направления требования, а не нарушенных налоговым органом нормативных сроков проведения мероприятий налогового контроля, вынесения решения по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки и исполнения решения налогового органа. В рассматриваемом деле шестимесячный срок на обращение инспекции в суд с заявлением о взыскании недоимки по налогу, пеням, штрафам начал исчисляться с 20 марта 2019 года (следующий день после истечения срока исполнения требования об уплате недоимки) и истек 19 сентября 2019 года, а, соответственно, обращаясь 02 августа 2019 года в арбитражный суд, инспекция уложилась в отведенный законом срок. То есть, общий двухлетний срок необходимо применять, исходя из отведенных законом на соответствующие процедуры сроков, а сроки отдельных мероприятий отсчитываются последовательно, их отсчет начинается с дат фактического завершения предшествующих мероприятий.

Срок проведения проверки — 3 месяца (п. 2 ст. 88 НК), срок составления акта проверки — 10 дней (п. 1 ст. 100 НК), срок получения акта — на 6 день с даты отправки заказного письма (п. 5 ст. 100 НК), срок предоставления возражений на акт проверки — 1 месяц (п. 6 ст. 100 НК), срок вынесения решения — 10 дней, срок получения решения — на 6 день со дня отправки заказного письма (п. 9 ст.

101 НК), срок на обжалование решения налогового органа — 1 месяц (ст. 139.1 НК), срок рассмотрения жалобы вышестоящим органом — 1 месяц (ст. 140 НК), срок выставления требования — 20 дней с даты вступления в силу соответствующего решения (п. 2 ст.

70 НК), срок исполнения требования — 8 дней с даты получения требования (+ 6 дней на получение требования), срок для вынесения решения о взыскании недоимки за счет денежных средств налогоплательщика — 2 месяца (п. 3 ст. 46 НК), срок для обращения в суд с заявлением о взыскании недоимки в судебном порядке — 6 месяцев (п. 3 ст. 46 НК).

Налоговый орган может обратиться в суд с заявлением о взыскании с налогоплательщика причитающейся к уплате суммы налога в течение 2 лет со дня истечения срока исполнения требования об уплате налога (п. 1 ст. 47 НК).

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector